Завод был основан еще в 1849 году, там делали знаменитые волжские пароходы, но к концу века предприятие захирело и было перекуплено новыми инвесторами, учредившими в 1894 году акционерную компанию – Общество железоделательных, сталелитейных и механических заводов \»Сормово\». Компании нужны были новые управляющие, способные вывести ее в число ведущих фирм металлообрабатывающей промышленности России. Выбор пал на Мещерского – и он полностью оправдал надежды хозяев и довольно быстро стал директором всего предприятия. Под руководством Алексея Павловича Сормовский завод был кардинально модернизирован. Построили новые цеха: железопеределочный, котельный, прокатный, – новые мартеновские печи. А в начале ХХ века в связи со строительством Великой Сибирской магистрали в Сормово стали делать паровозы, вагоны, паровые машины, мостовые сооружения и металлоконструкции, листовое и сортовое железо и прокат. В общей сложности на заводах работали около 12 тыс. человек. В \»Сормове\» Мещерский переменил весь стиль работы по западному образцу: ввел строгую дисциплину и всячески культивировал корпоративный дух, внушая и рабочим, и инженерам, что работа в компании – это главное дело их жизни. Сам Алексей Павлович появлялся на заводе не позже половины девятого утра, в сопровождении инженера и старшего мастера обходил цеха. А если возникали проблемы, старался решить их тут же, на месте. Кроме того, Мещерский всегда строго следил за тем, чтобы зарплата рабочим выдавалась вовремя и аккуратно (что до него не было заведено). За первые годы директорства Алексей Петрович не только сумел поставить Сормовский завод в ряды первых в стране, улучшить работу и жизнь рабочих, но и построил Народный дом на 1000 человек (в советское время подобные учреждения стали называть Домами культуры) и большой православный храм. Нельзя сказать, чтобы заводские рабочие его любили, но уважением он безусловно пользовался. Напомним, что именно Сормовский завод описан в романе Горького \»Мать\». В тяжелые недели революции 1905 года, когда завод буквально бурлил, Мещерский не только не побоялся выйти к многотысячной толпе рабочих, но и сумел перевести конфликт в мирное, переговорное русло. Позднее, в том же 1905 году, Алексей Павлович получил предложение от семьи Струве, хозяев Коломенского машиностроительного завода , стать директором-распорядителем их предприятия и покинул Сормово . Мещерский переехал с семьей в Петербург, где находилось правление фирмы. Там он проработал вплоть до революции 1917 года. Компания машиностроительного завода , основанного в 1863 году обрусевшим немцем инженером-полковником Амандом Егоровичем Струве недалеко от Коломны, первоначально занималась производством металлических мостов, затем перешла к изготовлению паровозов и железнодорожных вагонов, прославившихся по всей России и за ее пределами. Всего заводом было выпущено около 5 тыс. паровозов и 40 тыс. вагонов. Заметим, что паровозы Коломенского завода были удостоены высших наград на международных промышленных выставках в Милане (1906) и Бордо (1907), а также больших премий на выставках в Буэнос-Айресе (1910) и Турине (1911). С 1902 года Коломенский завод вторым в России после завода \»Людвиг Нобель\» в Петербурге стал выпускать двигатели-дизели для речных судов. Кстати, к колесному буксиру \»Коломенский дизель\» впервые в мире был применен термин \»теплоход\» (1907). На заводе выпускались также локомобили, торфяные прессы, сельскохозяйственные машины и многое другое. Перед мировой войной Коломенский завод получил почетный заказ на постройку Дворцового моста в Петербурге, который и ныне украшает \»град Петров\». Открытие моста в связи с начавшейся войной состоялось только в 1915 году. Эти достижения прямо связаны с именем Алексея Мещерского, сумевшего еще более расширить громадное предприятие. Он стал не только техническим директором, но и членом правления компании, по сути, формируя стратегию фирмы. Главной же его заслугой было объединение двух заводских фирм – \»Коломны\» и \» Сормово \». В 1912 году при поддержке Петербургского международного банка Мещерский создал первый в России трест \»Коломна-Сормово\», ядро которого составили предприятия двух заводов . Директором-распорядителем треста стал сам инициатор объединения.Обе фирмы совместно закупали сырье, исполняли заказы, хотя юридически оставались самостоятельными. Кроме того, Мещерский был главой входивших в объединение Белорецких железоделательных заводов на Урале (с 1916 года) и московского завода общества \»Шестерня Цитроэн\», построенного в России французской фирмой \»Ситроен\». Он также входил в наблюдательный совет Петербургского международного банка, куда его как партнера по \»Коломне-Сормово\» пригласил глава банка Александр Вышнеградский, сын министра финансов при Александре III Ивана Вышнеградского. Во многом благодаря Мещерскому в России появилось первое объединение крупных предприятий, основанное на принципе производственной кооперации. Алексей Павлович с полным основанием полагал, что, заручившись поддержкой банков и объединив в большой единый трест взаимоснабжающие друг друга заводы , он сумеет вывести русское машиностроение на европейский рынок. Основу металлургической базы треста составлял Кулебакский завод в Нижегородской губернии, шестерни поставлял завод \»Шестерня Цитроэн\». В 1916 году для улучшения снабжения сырьем Коломенская и Сормовская компании приобрели контрольный пакет акций Общества Белорецких железоделательных заводов , которое купило богатый железной рудой участок земли при горе Магнитной и планировало строительство металлургического завода . В 1916–1917 годах акционеры Коломенской и Сормовской компаний приобрели также контрольные пакеты акций Русского общества артиллерийских снарядов в Царицыне и Товарищества железоделательного Ташинского завода в Нижегородской губернии. Заметим, что к 1917 году на предприятиях треста \»Коломна-Сормово\» работали около 60 тыс. человек. Такой конгломерат мог создать только человек исключительных организаторских способностей, каким и был Алексей Мещерский. О его авторитете в деловых кругах свидетельствует такой случай: в 1912 году Сормовским заводом были спущены на воду 12 теплоходов, и один из них получил название \»Алексей Павлович Мещерский\», в кают-компании висел большой портрет директора завода. Со временем Мещерский стал чрезвычайно богатым человеком как директор и акционер своих компаний. В 1912 году он построил собственный доходный дом в Петербурге на Кирочной улице близ Литейного проспекта и сам с семьей жил здесь в квартире, которая занимала полтора этажа. Дом был выстроен в стиле модерн с применением неоклассических деталей и роскошно отделан. Интерьеры отличались высокой художественной отделкой и были выполнены по последнему слову комфорта – просторные холлы, ванные, лифт. При этом сам Мещерский вел достаточно скромный образ жизни для человека его положения. Одевался очень просто и строго, хотя заказывал платье у лучших портных Петербурга (сначала у чеха Калины, а потом у француза Энри), чрезвычайно близорукий, он постоянно носил демократичное пенсне, которое уже в эмиграции сменил на очки в роговой оправе. В еде Алексей Павлович был неприхотлив, хотя и имел, что называется, свои предпочтения: так, зеленый салат, который ежедневно подавался за завтраком, он всегда сам заправлял за столом оливковым маслом и французским винным уксусом. За завтраком пил минеральную воду Evian и стаканчик французского вина Chаteau Laffite, с особым уважением всегда относился к хлебу на столе и по возможности \»преломлял\» его рукой, а не резал ножом – считал, что это предмет священный и ножом его трогать нельзя. О его силе воли свидетельствует такой факт: страстный курильщик в молодости, Мещерский разом бросил курить в 32 года и с тех пор ни разу не притронулся к табаку. Отнюдь не все в тогдашней России понимали смысл того, что он делал, многие объясняли его активность исключительно жаждой личной наживы. Вообще отношение к крупным бизнесменам, олигархам, по нашей сегодняшней терминологии, в интеллигентской России было всегда настороженным, а то и враждебным. Даже в собственной семье Мещерского не понимали. Жена считала ужасным, что ее муж стал банкиром, а Александра Ивановича Вышнеградского, одного из талантливейших финансистов России, буквально ненавидела и называла не иначе, как \»этот делец\». Подобные настроения царили во всем обществе и в конечном итоге послужили почвой для победы \»антибуржуйской\» революции, которая была уже не за горами. После февраля 1917 года в обстановке разброда и шатаний Мещерскому пришлось взять на себя роль одного из политических лидеров российских предпринимателей. В апреле по его инициативе было основано Добровольное общество экономического возрождения России, главная цель которого – подготовка к выборам в Учредительное собрание. Октябрь 1917 года Мещерского не испугал. Он считал возможным сотрудничество предпринимательских организаций с советской властью, но отвергал введение рабочего контроля на предприятиях. В конце 1917 – начале 1918 года он вел переговоры с правительством Ленина, в ту пору желавшего создать государcтвенно-капиталистический трест на базе объединения \»Коломна-Сормово\» с участием старых \»спецов\». Предполагалось устроить смешанные общества с участием собственников предприятий, с одной стороны, и представителей советской власти – с другой. Мещерский надеялся, что советская власть долго не продержится, и считал необходимым сделать все, чтобы на какое-то время сохранить status quo. Он ждал появления нового, не большевистского правительства. Однако в июне 1918 года Ленин решился на национализацию промышленности и услуги Мещерского стали не нужны. Осенью 1918 года он был арестован ВЧК, несколько недель провел в Бутырской тюрьме, откуда ему удалось освободиться, подкупив чекистов. Затем были нелегальный переход русско-финской границы и эмиграция во Францию. Там гению российского капитализма удалось устроиться на должность ingеnieur-conseil (инженера-консультанта) и хотя с трудом, но сводить концы с концами. Скончался Алексей Павлович в ноябре 1938 года, \»сгорев\» за три дня. По воспоминаниям дочери, он не пережил \»мюнхенских событий\». Понимая, что новая мировая война неизбежна, Алексей Павлович постоянно повторял: \»Неужели еще раз пережить полный крах всего, нет, на это уж нет больше сил!\» Похоронили его на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем. Выдающийся организатор производства, Мещерский проделал огромный путь от небогатого дворянина, выросшего в смоленской глуши, до лидера почти всей тяжелой промышленности России. Если бы не революция, он мог бы оставить далеко за собой Форда, с которым его сравнивали.

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s